Авторитарный стереотип стр.45

Результат не противоречит сложившимся культурным нормам и вполне предсказуем: в традиционном российском менталитете мужчины рассматриваются как исполнители властной роли на всех уровнях социальных взаимодействий. Это способствует формированию у многих из них уже в раннем возрасте соответствующих установок и стереотипов. Что касается представителей женского пола, то такое положение на уровне организационных и межличностных взаимодействий, по-видимому, создает у них протестную реакцию.

Как мы уже отмечали, мужская и женская группы показывают одинаковую и довольно высокую авторитарность на политическом уровне отношений. Общность позиций в вопросах политических реалий и в отношении к ним объясняется, по-видимому, не только большой идеологизированностью политической сферы, способствующей стереотипизации. В сфере организационных взаимодействий и, особенно, в приватном межличностном общении субъекты взаимодействия не дистанцированы друг от друга, здесь более интенсивно включаются эффекты, связанные с полоролевыми и другими нормативными регуляторами, которые не столь значимы на макросоциальном уровне. Кроме того, следует учесть то, что опыт политических знаний и действий у большинства девушек и юношей весьма скудный, основанный на общепринятых клише и редких ситуациях участия в политических выборах. Это напрямую приводит к однотипному, шаблонному восприятию социально-политических явлений и процессов.

Сравнение по уровню авторитарности представителей русской и татарской национальностей показало некоторое повышение индексов по татарской группе, однако не выявило значимых различий между сравниваемыми подгруппами (см. таблицу 3 и Приложение 3, рис. 4). Авторитаризм, как одна из наиболее универсальных и распространенных традиций, в особенности характерная для российского общества, может нивелировать менее значительные факторы отношения к власти и превосходству, вытекающие из национальных особенностей. Обнаруженное равенство индексов авторитарности может быть объяснено также возрастными особенностями социализации, обуславливающими однородность молодежной субкультуры, ментальности молодых людей, что в определенной степени сглаживает эффекты дифференциации по национальному признаку. Различия между этническими группами в мужской части выборки, как это будет показано ниже, все же имеются, а сглаживание различий в этнических выборках обеспечивается преимущественно за счет женской их части.

В частности, для юношей татарской национальности более характерен авторитарный стереотип в межличностных отношениях, чем для русских юношей, (4,72 - татары, 4,52 -русские; различие статистически значимо по t-критерию Стьюдента на уровне а < 0,05). Они более авторитарны и в области политических отношений (4,94 - татары, 4,67 - русские; различие статистически значимо по t-критерию Стьюдента на уровне а < 0,01). Выборка девушек по признаку авторитарности оказалась весьма однородной: между этническими группами нет значимых различий ни на одном из уровней взаимодействий.

Мы рассмотрели также различия между юношами и де вушками в пределах каждой этнической группы. Как видно из таблицы 3, у татар юноши демонстрируют существенно более высокую авторитарность по всем уровням взаимодействий и по интегральному показателю. Эти же тенденции, но в менее выраженной форме, наблюдаются и в русской части выборки. У русских юношей более, чем у девушек, выражен авторитарный стереотип на организационном уровне (различие статистически значимо по t-критерию Стьюдента на уровне а < 0,01). В межличностных взаимодействиях также можно увидеть некоторую тенденцию большей авторитарности юношей, которая приближается к границам статистически достоверных значений. В итоге русские юноши и мужчины имеют более высокий общий показатель авторитарности, чем русские девушки и женщины (различие статистически значимо по t-критерию Стьюдента на уровне а < 0,05).


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒