Пойми себя, чтобы понять других стр.298

Психологические последствия привязанности

Находясь в близких отношениях, люди часто ощущают, что их «я» сливается с «я» их партнеров, так что благополучие их партнеров становится их благополучием (см., например: Aron, Tudor & Nelson, 1991). Однако хорошо как поддерживать партнера, так и получать помощь. Отношения между родителем и ребенком четко показывают, как один человек может полностью объединить свои собственные интересы с интересами другого (Clark & Chrisman, 1994). Мало кто из родителей ожидает, что получит щедрое вознаграждение за годы, потраченные на питание и заботу о своих маленьких детях, или за деньги, израсходованные на автомобили или образование в колледже. Единственная «награда», которую жаждут получить многие родители, лишена какого бы то ни было эгоистического интереса — это чтобы их дети были счастливы.

Тип привязанности

Как и желание пить во время жажды или укрыться в тепле, когда холодно, потребность формировать глубокую привязанность может быть основной для человека (Baumeister & Leary, 1995). Но не каждый считает, что это просто. Установить крепкую связь с человеком — это совсем не то же самое, что дотянуться до стакана воды или взять теплую куртку. Некоторые люди бегут от любви, другие отпугивают возможных любовников, чересчур быстро требуя слишком большого внимания, а некоторые, по-видимому, бросаются в случайные связи, чтобы избежать длительных обязательств (Brennan & Shaver, 1995). Даже после устранения всех препятствий или уже приобретя любимого и дав взаимные обязательства, многие люди, такие как принц Чарльз и Генрих VIII, оказываются неспособными сохранить привязанность.

Задумайтесь на минуту о своих собственных теплых отношениях и выберите одно из следующих описаний:

1. Я считаю, что мне относительно легко сближаться с другими людьми, и я чувствую себя уютно, когда завишу от них и позволяю им зависеть от меня. Я не часто беспокоюсь, что меня бросят или что кто-то сблизится со мной.

2.    Я чувствую себя неловко, когда сближаюсь с другими; мне кажется трудным полностью доверять им, трудно позволять себе зависеть от них. Я нервничаю, когда кто-то приближается ко мне слишком близко, и часто любовные партнеры хотят, чтобы я был более близок к ним, чем мне это удобно.

3.    Мне кажется, что другие не хотят сближаться со мной так, как я бы хотел. Меня часто тревожит, что мой партнер в действительности не любит меня или не хочет оставаться со мной. Я хотел бы полностью слиться с другим человеком, и это желание иногда отпугивает людей. Синди Хазан и Филип Шавер (Hazan & Shaver,

1987) использовали такие описания человеком самого себя, проводя исследования связи романтической любви и типа привязанности. Существует три паттерна развития взаимоотношений матери и ребенка (Ainsworth, Blehar, Waters & Wall, 1978; Bowlby, 1969, 1973). Исследователи развития обнаружили, что некоторые дети обладали устойчивым типом привязанности: они легко выражали привязанность к своим матерям, и казалось, их не волновал страх разлуки. Матери этих детей действовали последовательно — тепло и отзывчиво. У других детей формировался тревожный / амбивалентный тип привязанности: было видно, что они расстраивались при любом отдалении от матери, и их волновало то, что их могут бросить. Их матери вели себя непоследовательно: то игнорировали детей, то вторгались в их деятельность. Наконец, дети, сформировавшие избегающий тип привязанности, проявляли защитное отдаление, не уважали своих матерей и отказывались от своей привязанности, когда те возвращались после короткого отсутствия. Матери избегающих детей часто отталкивали их, когда детям требовалось внимание и утешение (Ainsworth et al., 1978).


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒