Принятие решений в неопределенности стр.272

Одно из возможных направлений помощи людям в использовании их существующих когнитивных умений более совместимым образом с требованиями к оцениванию уверенности можно увидеть у Koriat, Lichtenstein & Fischoff (1980), когда чрезмерная уверенность была уменьшена при перечислении респондентами причин, по которым выбранные ответы могут быть неправильными. Перечисление причин, почему респондент может быть прав, или называние одного основания “за” и одного — “против” выбранного респондентом ответа не дало никакого результата, показывая, что критический элемент — это не просто более усердная работа или большая точность, но и обращение к памяти иным образом, чем это обычно происходит в задачах оценивания уверенности. Без специфического побуждения “подумайте, почему вы можете быть не правы” люди оказываются недостаточно критичны или даже стремятся оправдать свой первоначальный ответ. Возможно, аналогичным образом Макмоен (1979) обнаружил, что 9-ти и 12-ти летние дети обнаруживали непоследовательность в текстовом материале только тогда, когда их просили ее отыскать.

Хотя и выдвинутая скорее на практической, чем на психологической основе, техника фиксированных значений Сивер и других (1978) может рассматриваться как еще один способ реструктурирования подхода респондента к задаче. Организация знаний человека вокруг’ набора значений, предположительно неправильных, может привести к более полной оценке того, что он знает, чем “традиционный” метод фиксированной вероятности, при котором внимание может фокусироваться на наилучшей догадке респондента о правильном ответа

Обучение. Является ли исчезновение чрезмерной уверенности косвенным результатом реального обучения, которое получают эксперты в своей области? Как упоминалось ранее, очевидный способ исследования этого вопроса при рассмотрении выражений уверенности, сопровождающих выполнение реальной задачи, усложнен возможностью того, что реальное давление ограничит беспристрастие эксперта. Например, можно найти свидетельства чрезмерной уверенности в профессиях, где нужно выносить уверенные суждения, не демонстрируя валидность (например, предсказание изменений в биржевых ценах (Dreman, 1979; Slovic, 1972 с), психиатрическая диагностика опасности (Cocozza & Steadman, 1978)). Конечно же, если с такими экспертами консультируются (и платят им) в зависимости от уверенности, которую они внушают, они могут подвергаться искушению неправильно представлять свои реальные знания.

Несомненно, самые значительные попытки обеспечения беспристрастности предпринимались в случае с синоптиками, чья тренировка часто ясно поощряла их хорошей калибровкой. Выполнение ими задачи великолепно (например, Murphy & Winkler, 1974,1977а). Относится ли этот успех за счет тренировки калибрования, или является продуктом их общего профессионального обучения, не ясно. Обзор других исследований, использующих экспертов, не получивших тренировок калибрования, наводит на мысль, что подобные тренировки, а не только реальное обучение, являются эффективным методом. Эксперименты, использовавшие проблемы, извлеченные из соответствующих областей экспертизы, но изолированные от давлений реального мира, обнаружили чрезмерную уверенность у выпускников психологического факультета (Lichtenstein & Fischoff, 1977), банкиров (Stael von Holstein, 1972), клинических психологов (Oskamp, 1962), исполнительных лиц (Moore, 1977), гражданских инженеров (Hymes & Vanmarcke, 1976) и нетренированных профессиональных синоптиков (Root, 1962; Stael von Holstein, 1971a).


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒